Помощь сложные дела преюдиция

Преюдиция в уголовном процессе // Должна стать не помехой, а помощником правосудия

Помощь сложные дела преюдиция

Если не вдаваться в детали, то уголовно-процессуальный институт доказательственной преюдиции (когда фактические обстоятельства, установленные судебным решением по одному делу, считаются заведомо установленными без доказывания по другому делу) столкнулся в последние годы с двумя серьезными проблемами.

Первая проблема привела к появлению лазеек для обхода важнейших доказательственных правил в связи с развитием в российском уголовном процессе разнообразных производств, построенных на признании вины и не предполагающих полноценного доказывания (назовем их условно «производства без доказывания»).

К ним относятся сейчас особый порядок рассмотрения уголовных дел при согласии обвиняемого с обвинением (глава 40 УПК РФ), досудебное соглашение о сотрудничестве (глава 40.1 УПК РФ), дознание в сокращенной форме (глава 32.1 УПК РФ).

Возникли разнообразные схемы, когда, например, по сложному уголовному делу с одним из обвиняемых заключается досудебное соглашение о сотрудничестве, после чего его дело выделяется и быстро рассматривается в особом порядке (без доказывания).

Поскольку постановленный приговор имеет стандартное преюдициальное значение, то факты считаются установленными, хотя производство по основному делу продолжается, защита готовится к состязательному судеб ному разбирательству и собирается оспаривать доказательства и аргументы обвинения.

Но зачем, если все уже решено благодаря преюдициальному характеру приговора по выделенному делу? Где здесь доказывание со стороны обвинения? Его нет вовсе: выделенное дело рассмотрено в особом порядке (на основании признания), а основное — на основании преюдиции от выделенного дела. Ясно, что бенефициарами (вольными или невольными) от такого рода схем являются органы уголовного преследования, которые полностью избегают бремени доказывания. К правосудию все это отношения не имеет.

Вторая проблема привела к появлению лазеек для ухода от уголовной ответственности, и прежде всего по экономическим и подобным им преступлениям. Связано это с Законом от 29.12.2009[1], который превратил межотраслевую преюдицию в неопровержимую.

Иначе говоря, факты, установленные решением гражданского или арбитражного суда, не могут быть опровергнуты в уголовном судопроизводстве, какими бы доказательствами ни располагали органы уголовного преследования. Возникли не менее изящные схемы, опирающиеся на диспозитивность гражданского (арбитражного) процесса.

Для легализации любой уголовно наказуемой сделки достаточно создать пару фирм-однодневок и «поиграть» с ними в псевдопроцесс: предъявить иск, признать его, отказаться от него и т.п.

В результате возникает преюдициальное гражданское решение о законности сделки, с которым в уголовном процессе сделать ничего нельзя (преюдиция-то неопровержимая). Гражданские и арбитражные суды упрекать здесь не за что: полицейско-следственных функций у них нет и быть не должно. Все дело в Законе от 29.12.2009.

Конституционный Суд РФ предложил использовать для преодоления преступных «преюдициальных схем» механизм пересмотра гражданских (арбитражных) дел по вновь открывшимся обстоятельствам. Но его предложение, мягко говоря, выглядит странно.

Во-первых, следственные органы не являются участниками арбитражного (гражданского) процесса — откуда у них тогда процессуальные права по инициированию пересмотра? Во-вторых, механизм пересмотра долог — а кто мешает за это время провести еще два, три, десять псевдопроцессов с фирмами-однодневками? Так и будем гоняться за тенью? В-третьих, эффективность любого расследования обратно пропорциональна длительности гражданских (арбитражных) процедур по пересмотру различных дел по вновь открывшимся или каким-то иным обстоятельствам. Ясно, что бенефициарами от таких схем являются уже обвиняемые (подозреваемые), которые полностью избегают уголовной ответственности. К правосудию все это также отношения не имеет.

Федеральный закон от 29.06.2015 № 191-ФЗ, который нельзя не приветствовать, решил только первую из обозначенных проблем. Это уже немало. Но ко второй он отношения не имеет — ее еще предстоит решить, если мы хотим, чтобы институт преюдиции способствовал правосудию, а не мешал ему.

Технически сделать это несложно: достаточно лишь вернуть межотраслевой преюдиции в уголовном процессе опровержимый характер, когда решение по гражданскому (арбитражному) делу в обязательном порядке учитывается, исследуется, но может быть опровергнуто соответствующими доказательствами с учетом того, что арбитражный (гражданский) суд не проводит расследования, не устанавливает истину и действует лишь inter partes. Нужна лишь политическая воля.

Источник: https://zakon.ru/blog/2015/9/17/preyudiciya_v_ugolovnom_processe__dolzhna_stat_ne_pomexoj_a_pomoshhnikom_pravosudiya

Преюдициальное значение решения суда

Помощь сложные дела преюдиция

Преюдиция относится к числу ключевых процессуальных понятий, широко используемых в правоприменительной и судебной практике. При этом законодательного определения данного термина не содержится ни в одном нормативном акте.

Более того, из всех действующих на сегодняшний день процессуальных кодексов понятием «преюдиция» оперирует только Уголовно-процессуальный кодекс РФ от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ст. 90, далее — УПК РФ).

Нормы сходного содержания также включены в ст. 69 Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее — АПК РФ), ст. 61 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее — ГПК РФ), ст.

 64 Кодекса административного судопроизводства (далее — КАС РФ).

Анализируя смысл названных статей, можно сформулировать следующее определение: преюдиция — это какие-либо факты или обстоятельства, установленные ранее вступившим в законную силу судебным актом, которые не требуют доказывания и должны приниматься всеми судебными и иными органами как данность.

Например, в гражданском процессе по иску о возмещении вреда, причиненного здоровью потерпевшего в результате совершенного против него преступления, ранее вынесенный и вступивший в силу приговор в отношении лица, причинившего вред своими противоправными действиями, будет иметь преюдициальное значение. Другими словами, в ходе судебного разбирательства не требуется вновь доказывать сам факт совершения преступления и виновность совершившего его лица.

Не только преюдициальные факты не нуждаются в доказывании, есть и другие — об этом можно прочитать в статье Факты, не подлежащие доказыванию в гражданском процессе.

Значение преюдиции для судебного процесса 

Как видно из определения, преюдиция тесно связана с процедурой доказывания в судебном процессе (см.

статьи Предмет доказывания и Относимость и допустимость доказательств (нюансы), а также является одним из оснований освобождения участников дела от доказывания наряду с общеизвестными фактами и фактами, подтвержденными нотариально (пп. 1 и 4 ст. 69 АПК РФ, пп. 1 и 4 ст. 61 ГПК РФ). С другой стороны, преюдиция являет собой одно из свойств судебного решения.

Значение института преюдиции в судебном процессе заключается в следующем:

  • наличие преюдиционных правил существенно облегчает судопроизводство — экономит время и силы всех участников дела;
  • преюдиция также призвана предотвратить конфликт судебных актов, исключить наличие противоречащих друг другу решений;
  • преюдиция способствует последовательности рассмотрения дела и служит гарантией уверенности в непоколебимости принятого решения. 

Для более глубокого понимания значения преюдиции в судебном процессе полезно изучить постановление Конституционного суда РФ от 21.12.2011 № 30-П.

Преюдиция в гражданском и арбитражном процессе 

В гражданском и арбитражном процессе в понятие преюдиции вкладывается тождественный смысл — нормы звучат примерно одинаково (ст. 61 ГПК РФ и ст. 69 АПК РФ).

Главный принцип доказывания в этих двух видах судопроизводства в том, что обстоятельства, на которые ссылается истец, должны быть им же и доказаны. При этом к числу обстоятельств, освобожденных от необходимости доказывать их, относятся как решения арбитражных судов, так и акты судов общей юрисдикции (решения по гражданским делам и приговоры по уголовным).

Причем если решения по гражданским делам обязательны в части любых установленных ранее обстоятельств, то из приговоров по уголовным делам принимается как данность только сам факт совершения действий конкретным лицом (п. 3 ст. 90 УПК РФ).

Преюдиция в уголовном и административном процессе 

В уголовном процессе процедура доказывания продиктована действием принципа презумпции невиновности и, как следствие, обязанностью обвинения доказывать вину лица в совершении преступного деяния.

В связи с этим, устанавливая преюдициальное значение приговора суда по уголовному делу либо решения по гражданскому/арбитражному делу, законодатель делает оговорку: ранее вынесенный и вступивший в законную силу судебный акт при всем своем преюдициальном значении не может означать автоматическую виновность какого-либо иного лица, не участвовавшего ранее в рассмотрении дела.

В КАС РФ законодатель впервые вводит нормы об освобождении от доказывания фактов и обстоятельств, установленных ранее решениями судов (ст. 64 КАС РФ).

Однако в аналогичных статьях других процессуальных кодексов акты по административным делам отсутствуют в перечне имеющих преюдициальное значение решений.

Представляется необходимым внесение соответствующих изменений в вышеуказанные статьи АПК, ГПК и УПК РФ.

Таким образом, несмотря на особенности доказывания в каждом виде судопроизводства, институт преюдиции везде имеет схожий смысл. Он применяется в тесном межотраслевом взаимодействии: судебные акты, принятые и вступившие в законную силу в любом процессе, имеют преюдициальное значение для любого суда в любом процессе (учитывая оговорку об актах по уголовным делам).

Административная преюдиция 

На стыке отраслей уголовного и административного права также существует такое правовое явление, как административная преюдиция, которая представляет собой переход ряда последовательно совершенных административных правонарушений в преступление. УК РФ содержит 36 таких составов преступлений.

Например, ст. 158.1 предусматривает уголовную ответственность за повторное совершение мелкого хищения, за которое лицу судебным решением было назначено административное наказание (ч. 2 ст. 7.

27 Кодекса об административных правонарушениях РФ от 30.12.2001 № 195-ФЗ).

Такое решение суда имеет преюдициальное значение при рассмотрении дела о повторном совершении этого деяния уже в уголовном процессе, в части установления факта совершения правонарушения конкретным лицом.

Подробнее об административной преюдиции в уголовном процессе стоит прочитать статью КонсультантПлюс. Вы можете оформить бесплатный двухдневный доступ к системе К+ по ссылке.

Каковы критерии отнесения судебного акта к преюдиции 

Не каждый судебный акт и не в каждой ситуации обладает свойством преюдициальности. Можно выделить несколько критериев для преюдиции судебного решения:

  1. Решение должно быть вступившим в законную силу.

Источник: https://rusjurist.ru/sudebnaya_praktika/preyudicialnoe_znachenie_resheniya_suda/

Преюдиция в уголовном, арбитражном и гражданском процессах

Помощь сложные дела преюдиция

Преюдиция (или заранее предустановленная сила) – это юридический термин, означающий признание обстоятельств, установленных судебным актом, при рассмотрении последующих дел без дополнительной проверки.

Для начала приведем законодательное обоснование.

  1. Преюдиция в уголовном процессе.

Статья 90 УПК РФ:

Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором либо иным вступившим в законную силу решением суда, принятым в рамках гражданского, арбитражного или административного судопроизводства, признаются судом, прокурором, следователем, дознавателем без дополнительной проверки. При этом такие приговор или решение не могут предрешать виновность лиц, не участвовавших ранее в рассматриваемом уголовном деле.

2.Преюдиция в арбитражном процессе

Статья 69 АПК. Основания освобождения от доказывания

2. Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

3. Вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

4. Вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

3.Преюдиция в гражданском процессе

Статья 61 АПК. Основания для освобождения от доказывания

2. Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

3. При рассмотрении гражданского дела обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением арбитражного суда, не должны доказываться и не могут оспариваться лицами, если они участвовали в деле, которое было разрешено арбитражным судом.

4. Вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Приведем примеры преюдиции в рамках гражданского процесса:

1) Первый процесс – определение порядка пользования жилым помещением. Второй процесс – разделение коммунальных платежей пропорционально выделенной по первому решению суда жилплощади.

2) Первый процесс – определение места жительства ребенка с отцом. Второй процесс – взыскание алиментов с матери.

Примеры преюдиции в рамках арбитражного процесса (этот вид преюдиции очень похож на преюдицию в гражданском процессе):

1) Первый процесс – взыскан долг. Второй процесс – взыскана неустойка за просрочку выплаты долга.

2) Первый процесс – установлено право собственности на недвижимость. Второй процесс – выселение арендаторов, незаконно занимающих эту недвижимость.

Примеры преюдиции в рамках уголовного процесса:

1) Первый процесс – хищение имущества. Второй процесс – легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных лицом в результате совершения им преступления

2) Первый процесс – растрата денег организации. Второй процесс – неправомерные действия при банкротстве.

Преюдиция может фигурировать в разных процессах.

1) Первый процесс уголовный, приговор по факту злостного уклонения от уплаты алиментов. Второй процесс – гражданский, по лишению родительских прав.

2) Первый процесс – уголовный (мошенничество), второй процесс – арбитражный (признание сделки недействительной),

и так далее.

В настоящее время все три закона (ГПК, АПК и УПК) синхронизированы и приведены в соответствие друг с другом, то есть судебные акты этих трех ветвей судебной системы имеют равное значение и преюдицию друг для друга.

Но еще пару лет назад ситуация была иной: приговор по уголовному делу имел предопределяющее значение и был важнее, чем решения судов по арбитражным и гражданским делам.

То есть приговор имел преюдициальное значение для решений гражданских судов; а решения гражданских судов преюдицией для уголовного суда не являлись. 

Стало ли сейчас лучше?

В основной своей массе, уголовные дела не нуждаются в гражданской преюдиции. Это кражи, грабежи, разбои, наркотики, причинение телесных повреждений.

Перечисленные категории дел представляют большинство, основной удельный вес среди общего числа уголовных преступлений.

Но есть и преступления экономические, преступления интеллектуальные, или «беловоротничковые», как их иногда называют. И тут мы имеем иную картину.

Так, например, налоговые преступления (статьи 198 – 199.2 УК РФ) весьма сложны в доказывании.

Сейчас доказывание вины в уклонении от уплаты налогов производится на основании документов, актов проверок налоговой службы, решений арбитражных судов.

Вот что по этому поводу говорит Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 28 декабря 2006 г. N 64 “О практике применения судами уголовного законодательства об ответственности за налоговые преступления”:

23. Судам надлежит иметь в виду, что доказательствами, подтверждающими наличие или отсутствие в содеянном признаков составов преступлений, предусмотренных статьями 198, 199, 199.1 и 199.

2 УК РФ, могут быть налоговые декларации, другие необходимые для исчисления и уплаты налогов и (или) сборов документы, акты проверок исполнения законодательства о налогах и сборах, иные формы проведения налогового контроля органами, уполномоченными на это законодательством, а также заключение эксперта, материалы проверок исполнения законодательства о налогах и сборах иных органов.

При рассмотрении уголовных дел о налоговых преступлениях судам необходимо учитывать вступившие в законную силу решения арбитражных судов, судов общей юрисдикции, а также другие решения, постановленные в порядке гражданского судопроизводства, имеющие значение по делу. Такие решения подлежат оценке в совокупности с иными собранными доказательствами по правилам  статьи 88 УПК РФ.

Но если рассмотреть арбитражный процесс и процесс по проведению налоговых проверок, то получаем следующую картину: решение выносится только на основании документов, предоставленных налогоплательщиком.

Налоговая служба направляет на предприятие уведомление о том, что начинается налоговая проверка, требуется представить все документы к определенному сроку.

Соответственно, получив это уведомление, директор предприятия в связке с главных бухгалтером имеют предостаточно времени, чтобы сделать все документы (читай: подделать), свидетельствующие о доходах/расходах предприятия.

Далее: арбитражный суд тоже выносит решение только по представленным документам. При этом ни налоговая служба, ни арбитражный суд не имеют полномочий по оперативно-розыскной деятельности, то есть процесс доказывания весьма ущемлен – я бы даже сказал, ущемлен до степени невозможности доказывания в некоторых случаях.

Теперь смотрим, как было ранее: при существовании налоговой полиции, в штате состоял оперативно-розыскной отдел, которым на законодательном уровне принадлежали полномочия при осуществлении оперативной деятельности.

Соответственно, налоговые опера вправе были осуществлять различные мероприятия: прослушку телефонных переговоров (в которых директор и бухгалтер обсуждают завышение расходов), обследование помещения бухгалтерии и кабинета директора (в столе и в сейфе которых зачастую изымались поддельные печати предприятий-однодневок), изъятия документов (на которых липовые подписи и печати) и т.д. Эффективность такого подхода была значительно выше.

В настоящее же время смысла во всем этом немного, т.к.

налоговая служба и арбитражный суд уже вынесли решение, зафиксировали отсутствие недоимки, и все – наступила преюдиция, обязательность арбитражного решения для уголовного суда.

И даже если оперативники целый год собирали информацию и в итоге собрали ее, нашли неопровержимый компромат на директора и бухгалтера – уголовный суд не будет рассматривать эту информацию в силу той же преюдиции.    

Так было после принятия федерального закона от 29 декабря 2009 года N 383-ФЗ, который внес изменения в статью 90 УПК «Преюдиция» и уравнял значение решений арбитражного, гражданского и уголовного судов.

Но, как это часто бывает у нас, ошибки законодательной власти исправляет судебная власть. И этот раз не был исключением.  

21 декабря 2011 г. Конституционный Суд вынес Постановление РФ от N 30-П “По делу о проверке конституционности положений статьи 90 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой граждан В.Д. Власенко и Е.А. Власенко” и постановил:

Таким образом, хоть в тексте закона решения трех разных судов (уголовный, арбитражный и гражданский) и имеют равное и преюдициальное друг для друга значение, но толковать это надо именно так, как толкует Конституционный суд. Приговор уголовного суда все равно стоит особняком, и это правильно.

Брусков Павел

Источник: https://pravoektb.ru/stati/preyuditsiya-v-ugolovnom-arbitrazhnom-i-grazhdanskom-protsessakh/

«Мучительная агония преюдиции» в гражданском процессе

Помощь сложные дела преюдиция

Слова профессора кафедры гражданского процесса юридического факультета СПбГУ Михаила Шварца в качестве заголовка выбраны не случайно.

Каждый юрист хотя бы раз сталкивался с проблемой применения правил о преюдиции (обстоятельства, установленные имеющим силу судебным актом, не нуждаются в доказывании при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, – ст. 61 ГПК РФ, ст. 69 АПК РФ).

При обращении к судебной практике возникает множество вопросов, в частности – об объективных пределах преюдициальности судебных актов, а именно: преюдиция – это установленные судом факты и их правовая оценка или только факт? Что высшие судебные инстанции понимают под «фактом»?

В ст. 61 ГПК содержится указание на недопустимость повторного доказывания и пересмотра только обстоятельств, установленных судебным решением. В то же время согласно ч. 2 ст. 209 Кодекса после вступления в силу решения суда лица, участвующие в деле, не вправе оспаривать в другом гражданском процессе не только установленные факты, но и правоотношения. В АПК подобная норма отсутствует.

Анализ разъяснений и практики вышестоящих судов позволяет сделать вывод, что преюдиция на сегодня является опровержимой доказательственной презумпцией. Практика применения правил о преюдиции экономической и гражданской коллегиями Верховного Суда РФ имеет существенные различия.

Так, в Постановлении Президиума ВАС РФ от 25 июля 2011 г. № 3318/11 по делу № А40-111672/09-113-880 отражена правовая позиция о том, что ч. 2 ст. 69 АПК освобождает от доказывания фактических обстоятельств дела, но не исключает их различной правовой оценки, которая зависит от характера конкретного спора.

В Определении от 28 декабря 2012 г. № ВАС-17521/12 по делу № А51-497/2011 ВАС РФ, ссылаясь на разъяснения Пленума, данные в п. 2 Постановления от 23 июля 2009 г.

№ 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств», придерживается мнения, что преюдициальными могут считаться исключительно фактические обстоятельства, но не их правовая оценка.

Конституционный Суд РФ поддерживает позицию ВАС, что отражено в Определении от 6 ноября 2014 г.

№ 2528-О: «Следовательно, в системе действующего правового регулирования предусмотренное частью 2 статьи 69 АПК Российской Федерации основание освобождения от доказывания во взаимосвязи с положениями части 1 статьи 64 и части 4 статьи 170 того же Кодекса означает, что только фактические обстоятельства (факты), установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 марта 2013 г. № 407-О, от 16 июля 2013 г. № 1201-О, от 24 октября 2013 г. № 1642-О и др.). Именно такое толкование и применение оспариваемой в запросе Администрации Краснодарского края нормы, вопреки утверждению заявителя, находит отражение в сложившейся практике арбитражных судов, последовательно придерживающейся того, что ч. 2 ст. 69 АПК РФ освобождает от доказывания фактических обстоятельств дела, но не исключает их различной правовой оценки, которая зависит от характера конкретного спора (постановления Президиума ВАС РФ от 15 июня 2004 г. № 2045/04, от 31 января 2006 г. № 11297/05 и от 25 июля 2011 г. № 3318/11)».

При этом КС в Определении от 21 марта 2013 г.

№ 407-О подчеркнул необходимость соблюдения баланса: «Введение же института преюдиции требует соблюдения баланса между такими конституционно защищаемыми ценностями, как общеобязательность и непротиворечивость судебных решений, с одной стороны, и независимость суда и состязательность судопроизводства – с другой. Такой баланс обеспечивается посредством установления пределов действия преюдициальности, а также порядка ее опровержения».

Верховный Суд при разрешении споров по конкретным категориям дел дает судам разъяснения – по сути, формулируя порядок опровержения преюдиции. Так, в п. 2 Постановления Пленума ВАС от 23 июля 2009 г.

№ 57 указано, что «при подготовке к судебному разбирательству дела о взыскании по договору арбитражный суд определяет круг обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, к которым относятся обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора, в том числе о соблюдении правил его заключения, о наличии полномочий на заключение договора у лиц, его подписавших. В ходе рассмотрения дела суд исследует указанные обстоятельства, которые, будучи установленными вступившим в законную силу судебным актом, не подлежат доказыванию вновь при рассмотрении иска об оспаривании договора с участием тех же лиц (часть 2 статьи 69 АПК РФ). Судам также следует иметь в виду, что независимо от состава лиц, участвующих в деле о взыскании по договору и в деле по иску об оспаривании договора, оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены в деле, рассмотренном ранее, учитывается судом, рассматривающим второе дело. В том случае, если суд, рассматривающий второе дело, придет к иным выводам, он должен указать соответствующие мотивы».

Как отмечено в п. 4 совместного постановления пленумов ВС и ВАС от 29 апреля 2010 г.

№ 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», «по смыслу частей 2, 3 статьи 61 ГПК РФ или частей 2, 3 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные при рассмотрении дела по иску о праве на имущество, не имеют обязательного характера для лиц, не участвовавших в деле. Такие лица могут обратиться в суд с самостоятельным иском о праве на это имущество. В то же время при рассмотрении названного иска суд учитывает обстоятельства ранее рассмотренного дела о праве на спорное имущество, независимо от того, установлены ли они судебным актом суда общей юрисдикции или арбитражного суда. Если суд придет к иным выводам, нежели содержащиеся в судебном акте по ранее рассмотренному делу, он должен указать соответствующие мотивы».

Получается, если суды не связаны правовой оценкой фактов и правоотношения сторон не преюдицируются, в каждом новом процессе на основании одних и тех же фактов суд может по-разному интерпретировать правоотношения сторон.

Например, в одном споре суд может сделать вывод о том, что договор является заключенным, а в другом – прийти к противоположному выводу.

Это вносит в гражданский оборот значительную долю неопределенности и приводит к конфликту судебных актов – ведь сторона спора, недовольная исходом дела, всегда будет изыскивать пути оспаривания решения посредством предъявления иного, формально не тождественного иска.

В то же время преюдиция по определению не только освобождает от доказывания, но и является одним из свойств законной силы судебного решения.

Верховный Суд – видимо, понимая проблему и пытаясь пресечь злоупотребления, – в своих судебных актах последовательно проводит правовую позицию о том, что установленные обстоятельства и оценка доказательств, данные судом по ранее рассмотренному обособленному спору, преюдиции по смыслу ст. 69 АПК не образуют, но учитываются судом, рассматривающим второй спор.

Источник: https://www.advgazeta.ru/mneniya/muchitelnaya-agoniya-preyuditsii-v-grazhdanskom-protsesse/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.